Блоги


ИНТЕРАКТИВНАЯ КАРТА:
Интерактивная карта

Тринадцатая байка от Киалимской бабушки КАК РОДНИК ЗИМУШКУ БУДИЛ

Ходила я надысь в лес воду в колодине слухать. Оно же как, пока морозяка не встала, криницы горные не замерзают. А ноне еще и снегу-то на грош. Так вот, приметка на то есть, коль на Егория Зимнего вода в колоде тиха, так и зима буде спокойна. Иду себе, поморозь калошами давлю, хруст на весь пихтач учиняю. Глядь, сойка на присаде сквозь дремь маячит. Тут я смекнула, что опосля Егория Сойкин день идет. Еще приметка, коли птичка эта куда позовет – то знак за ней следовать. Ну, думаю, коль на день раньше показалась птаха, нечего мешкать, надо подчиниться. Подхожу, а наст-то под калошиной моей как хрустнет, сойка стронулась и под угорье потянула низом. Я, знамо дело, за ней. Далёхонько вдогонь ушла, да чаво толку-то, недоглядки приключились. Упалая соя оказалась. Притаилась где-то. Чего манила тогда, охальница?
11.jpg
Фото 1. Соя
Стою посередь чапыги, да смекаю, где это я? Сосны отборные, поди-ка век назад саженные, а в подлеске пышнота пихтовая рогожкой дол рядит. Что это за орясина в промоине барахчется? Башкой крутит, да клювом в укорень тырчется. Батюшки, да это ж вальдшнеп. Раненый что ли? Али с тёплышком родной куртинки расставаться не хочет? Он же к середке ноября на Средиземноморье отлетает. Что-то ноне разлад в биоритмах Царства животных вышел. Как бы и мишки в сегошнее малозимье по берлогам не окочурились, а то и хуже – шатунами не заделались. А вальдшнеп-то сидит себе в прикопке, да ковырялкой своей дерн ворошит. Поди-ка находит кого, а может корешки или семки-посорки клюет. Не сойка ли меня к нему привела. Мол, страдает, паря, помогай тюфяку недоделанному. Гнать мне его, что ли до Черноморья, али еще дальше? Хлопнула себя по бокам с досады, тут куличок и опомнился. Зырк на меня и ну квохтеть, а потом вразвалочку по сугробику в чапыгу и нырнул.
Только хотела за ним улепетнуть, как сзади то ли крик, то ли визг раздался. Я туда. Выхожу на кулижку, а там, в березовой повеси веток, пегая ведьмища векшу дербанит. Так и не поняла, кто из них визжал. Ух, холера, поди прочь. Замахнулась я на сову, она и дерболызнулась об ствол. Белка деру, а неясыть шмыг на сосну и застыла. Вижу, вижу тебя, длиннохвостая бестия.
21.jpg
Фото 2. Непожратушки – обидушки
Глазищи выпучила, клюв раззявила, мол ходит тут колымага старая, аппетиты гнобит, типа спасительница пушнины. Да уж, совушку без трапезы оставила, но и белку жалко. И вальдшнеп замерзнет, и медведь с голоду помрет… Где зима-то? Вдруг слышу, вроде как поет кто-то. Пошла на звук. Чем ближе, тем звончее. Меж стволов легкий морок заклубился. Под ногами – чвак-чвак. Наконец-то, родник нашла. Стою, соки земные слухаю. Журчит вода-то, клокочет приток, бьет о бровку прибрежную, знамо зима вертается. Так Егорий примечает, коль бурлит вода – зиме лютой быть. Я пока до балагана своего шла, окрест колоземица налетела – поземок задул, к заре вьюжину обещая. Утром снегу навалило, аж оконца в сугробы вырядились, ветки кухтой обросли, тропки в сугробы укутались. А родник утих. Видать вчера последнюю песню спел. Теперь до весны. И то, слава Богу, зиму разбудил.    
31.jpg
Фото 3. Запуржило
1.jpg
2.JPG
3.jpg
4.JPG